Ивана Петровича Белкина. Страница 22
А.С.Пушкин. Поэзия и проза.
Если вам понравился наш сайт, разместите ссылку на него в своем блоге или на форуме.

    Для блога (html-код):
    
    Для форума (ВВ-код):
    


Отправить сообщение администратору
Романы и повести
 

Повести покойного
Ивана Петровича Белкина

Стр. 22

БАРЫШНЯ-КРЕСТЬЯНКА

В.А.Свитальский. «Барышня-крестьянка», Повести Белкина

Во всех ты, Душенька, нарядах хороша.

Богданович.

В одной из отдаленных наших губерний находилось имение Ивана Петровича Берестова. В молодости своей служил он в гвардии, вышел в отставку в начале 7 года, уехал в свою деревню и с тех пор оттуда не выезжал. Он был женат на бедной дворянке, которая умерла в родах, в то время как он находился в отъезжем поле. Хозяйственные упражнения скоро его утешили. Он выстроил дом по собственному плану, завел у себя суконную фабрику, утроил доходы и стал почитать себя умнейшим человеком во всем околодке, в чем и не прекословили ему соседи, приезжавшие к нему гостить с своими семействами и собаками. В будни ходил он в плисовой куртке, по праздникам надевал сертук из сукна домашней работы; сам записывал расход и ничего не читал, кроме «Сенатских ведомостей». Вообще его любили, хотя и почитали гордым. Не ладил с ним один Григорий Иванович Муромский, ближайший его сосед. Этот был настоящий русский барин. Промотав в Москве большую часть имения своего и на ту пору овдовев, уехал он в последнюю свою деревню, где продолжал проказничать, но уже в новом роде. Развел он английский сад, на который тратил почти все остальные доходы. Конюхи его были одеты английскими жокеями. У дочери его была мадам англичанка. Поля свои обработывал он по английской методе,

Но на чужой манер хлеб русский не родится,

и несмотря на значительное уменьшение расходов, доходы Григорья Ивановича не прибавлялись; он и в деревне

находил способ входить в новые долги; со всем тем почитался человеком не глупым, ибо первый из помещиков своей губернии догадался заложить имение в Опекунский совет: оборот, казавшийся в то время чрезвычайно сложным и смелым. Из людей, осуждавших его, Берестов отзывался строже всех. Ненависть к нововведениям была отличительная черта его характера. Он не мог равнодушно говорить об англомании своего соседа и поминутно находил случай его критиковать. Показывал ли гостю свои владения, в ответ на похвалы его хозяйственным распоряжениям: «Да-с! — говорил он с лукавой усмешкою,— у меня не то, что у соседа Григорья Ивановича. Куда нам по-английски разоряться! Были бы мы по-русски хоть сыты». Сии и подобные шутки, по усердию соседей, доводимы были до сведения Григорья Ивановича с дополнением и объяснениями. Англоман выносил критику столь же нетерпеливо, как и наши журналисты. Он бесился и прозвал своего зоила медведем и провинциалом.

Таковы были сношения между сими двумя владельцами, как сын Берестова приехал к нему в деревню. Он был воспитан в *** университете и намеревался вступить в военную службу, но отец на то не соглашался. К статской службе молодой человек чувствовал себя совершенно неспособным. Они друг другу не уступали, и молодой Алексей стал жить покамест барином, отпустив усы на всякий случай.

Алексей был, в самом деле, молодец. Право было бы жаль, если бы его стройного стана никогда не стягивал военный мундир и если бы он, вместо того чтоб рисоваться на коне, провел свою молодость, согнувшись над канцелярскими бумагами. Смотря, как он на охоте скакал всегда первый, не разбирая дороги, соседи говорили согласно, что из него никогда не выйдет путного столоначальника. Барышни поглядывали на него, а иные и заглядывались; но Алексей мало ими занимался, а они причиной его нечувствительности полагали любовную связь. В самом деле, ходил по рукам список с адреса одного из его писем: Акулине Петровне Курочкиной, в Москве, напротив Алексеевского монастыря, в доме медника Савельева, а вас покорнейше прошу доставить письмо сие А. Н. Р.

Те из моих читателей, которые не живали в деревнях, не могут себе вообразить, что за прелесть эти уездные барышни! Воспитанные на чистом воздухе, в тени своих садовых яблонь, они знание света и жизни почерпают из книжек. Уединение, свобода и чтение рано в них развивают чувства и страсти, неизвестные рассеянным нашим красавицам. Для барышни звон колокольчика есть уже приключение, поездка в ближний город полагается эпохою в жизни, и посещение гостя оставляет долгое, иногда и вечное воспоминание. Конечно, всякому вольно смеяться над некоторыми их странностями, но шутки поверхностного наблюдателя не могут уничтожить их существенных достоинств, из коих главное: особенность характера, самобытность (individualité), без чего, по мнению Жан-Поля, не существует и человеческого величия. В столицах женщины получают, может быть, лучшее образование; но навык света скоро сглаживает характер и делает души столь же однообразными, как и головные уборы. Сие да будет сказано не в суд, и не во осуждение, однако ж nota nostra manet [*], как пишет один старинный комментатор.

Окончание повести «Барышня-крестьянка» датировано Пушкиным с особенной точностью: «20 сент. Болд. 9 ч. в.». Повесть построена на таких же романических тайнах и узнаниях, как и «Метель», и означены обе повести как рассказанные одной и той же «девицею К. И. Т.»

Эпиграф — из поэмы И. Богдановича «Душенька» (1783), книга вторая.

«Вышел в отставку в начале 1797 года».— В 1796 году 6 ноября умерла Екатерина II. Восшедший на престол Павел I окружил себя новыми людьми, всячески преследуя сторонников Екатерины, в частности офицеров гвардии.

Английский сад. — В противоположность французскому саду, геометрически правильному, английский сад подражал естественному лесу. См. описание английского сада в «Дубровском», стр. 192, 194—195.

«Но на чужой манер хлеб русский не родится» — из сатиры А. Шаховского «Мольер! твой дар, ни с чьим на свете несравненный» (1808).

«Англоман выносил критику столь же нетерпеливо, как и наши журналисты».— Имеется в виду Булгарин, издатель «Северной пчелы» и автор романов «Иван Выжигин» и «Дмитрий Самозванец». На отрицательные рецензии, появившиеся в «Литературной газете», Булгарин отвечал пасквилями, бранью, политическими доносами и пр.

«...отпустив усы на всякий случай».— В противоположность гражданским чиновникам, военные в обязательном порядке носили усы.

Жан-Поль — псевдоним немецкого писателя Рихтера И.-П. (1763—1825), автора романов и статей политического и философского содержания. Пушкин ссылается на парижский сборник 1829 г. «Мысли Жан-Поля, извлеченные из всех его произведений» (во французском переводе), где автор говорит: «Уважайте индивидуальность в человеке, она является корнем всего положительного».

Свеча
© Произведения Пушкина принадлежат народу. Дизайн сайта - отчасти мне, Ольге Денисовой, отчасти - русским и советским художникам.